«Пианино поднимали на кране» — организатор экскурсий и концертов на крышах Инна Скрыпкина

Для Инны Скрыпкиной свое агентство необычных событий «Крыши и выше» стало альтернативой скучной офисной работы. Вместо ежедневной рутины — концерты и экскурсии над городом, который с высоты кажется еще прекрасней.

Я всегда с радостью и теплотой думаю о том, что родилась в Таганроге, красивом историческом городе у Азовского моря. Это место помогает поймать творческую волну и раскрывает потенциал: в нашем небольшом южном городке родились и жили очень талантливые люди — Чехов, Раневская, Танич, у Айвазовского был период, когда он творил в Таганроге.

Кстати, я училась во Второй гимназии, там же, где и Антон Павлович Чехов. Единственное, у меня занятия были в новом здании, а рядышком находилось историческое, с теми самыми партами, за которыми он сидел как ученик, и карцером, где его запирали за то, что сбегал смотреть театральные постановки и не учил уроки.

Мне с детства достаточно легко давались иностранные языки, в школе я учила английский и французский, а потом поступила в Таганрогский педагогический институт на факультет иностранных языков. У нас были шикарные преподаватели, я считаю, нам досталась такая роскошь и большая удача: мы получили действительно качественное образование. Мы очень много читали, делали творческие работы, я старалась вкладываться в них, наверное, уже тогда были первые звоночки, что со временем у меня может появиться свой проект.

Но сперва я хотела на практике применить все знания, которые мы получили в институте: мне было интересно поработать учителем, и я уже в Москве нашла сильную школу с углубленным изучением английского языка. Я стала одной из немногих из нашего потока, кто пошел преподавать, у меня есть учительский стаж — четыре года, я участвовала в городских конкурсах и даже занимала призовые места как молодой специалист.

После работы в школе я перепробовала много всего увлекательного: получила второе высшее образование на журфаке РУДН, поработала в крупной металлургической компании, а потом устроилась в продажи на внешнем экономическом рынке. И, честно говоря, офисная работа меня удручала, это было совершенно не мое, и у меня шел внутренний поиск: я думала, чем же хочу на самом деле заниматься. Поменять один офис на другой, одну компанию на другую — это не выход. У меня был запрос создать что-то красивое и креативное, а с работой в найме хотелось однажды закончить.

В то время я часто ходила на экскурсии. И вот так получилось, что в доме, в котором я жила в Хамовниках, начался ремонт, и была открыта крыша. Это был 2015–2016 год, когда появлялось много фотографий руферов. Я стала искать, куда еще можно подняться, где еще есть открытые крыши, выяснилось, что их очень много. Для меня это стало отдушиной после дней, проведенных за офисной работой. Вечером смотреть красивые закаты на крыше — это как будто перенестись в другой мир. Я встречала на крышах не только руферов и фотографов, но и маркетологов или владельцев бизнесов, которых притягивал этот невероятный дух свободы. У меня все началось не с безопасных оборудованных площадок, а с «диких» крыш. И в какой-то момент я подумала: почему бы не совместить экскурсионные маршруты, на которые я любила ходить, с посещением крыши?

Первые экскурсии с выходом на крыши я проводила сама для друзей, рекламировала их через социальные сети. Это было скорее как хобби, развлечение и праздник. Я знала, какие крыши открыты, летом очень часто в зданиях шел ремонт — туда было достаточно просто заглянуть. Потом появилась идея договориться с охранниками площадок, и мы начали проводить девичники и фотопикники. Со временем у нас появилась площадка на Таганке, крыша на Цветном, роскошная крыша Fantomas Rooftop на Болотном острове. Мы решили организовывать концерты на крышах.

На тот момент уже были фестивали на крышах, но мы стали одними из первых, кто делал более камерные форматы, джазовые концерты. Мы подружились с музыкантами, и понемногу это все очень здорово формировалось и разрасталось. Не обходилось, конечно, и без сложностей: помню, как на кране поднимали пианино, потому что замерщики и артисты не совсем верно сказали его размеры и пианино не проходило в проем. Мы оперативно, за два с половиной часа до концерта, нашли кран, подняли пианино на крышу, в состоянии легкого безумия успели сделать саундчек, благо там была несложная расстановка инструментов, и все прошло невероятно красиво.

Достаточно быстро я открыла ИП, но какое-то время сомневалась и колебалась, уходить ли мне из офиса. В результате в ковид меня вытолкнули в свободное плавание, предложив уйти по собственному желанию. Я танцевала от радости: сбылась моя мечта! А для агентства после ковида случился отличный сезон: у нас очень благодарная, отзывчивая публика, люди были такие теплые и воспринимали все с энтузиазмом, очень хотели общаться и куда-то выбираться, вынужденная изоляция сработала для нас даже в какой-то плюс.

Мы не остались летним сезонным проектом, а круглый год проводили мероприятия в камерных форматах — концерты, квартирники, экскурсии не только на крышах, но и в заведениях с панорамным видом, в исторических зданиях. Мы побывали в невероятных местах и интерьерах, в которые так просто не попасть. Иногда приходится пройти несколько этапов согласования, прежде чем мы организуем и запускаем новый маршрут: большинство исторических зданий под усиленной охраной.

«Крыши и выше» — само название такое, знаете, поэтически-философское, заставляет задуматься, а что может быть выше. Небо, глоток воздуха, свобода. Представьте, вы поднимаетесь в конце рабочего дня на крышу — и перед вами красивейший закат, небо, залитое персиковым, малиновым или золотистым светом, абсолютно открытый, бесконечный горизонт. Вы начинаете город воспринимать иначе: высотки различаете по башенкам, по шпилям. Уже никогда в жизни не спутаете дом на Котельнической с высоткой на Баррикадной, поскольку четко запомните их верхушки. Красота и высота — это наш стиль.

Я фанат сталинских высоток; если говорить, какие у меня самые-самые любимые крыши, то обязательно смотровая на Котельнической, там несколько уровней смотровых: одна из них под самым шпилем, но более красивая арочная на 18-м этаже, где можно проводить совершенно невероятные свидания и регистрации браков, очень романтичное место с уникальными видами.

На Баррикадной здание более мистическое, тяжелое и темное, но эта высотка по-своему интересная и колоритная. По-прежнему всей душой люблю ту самую крышу в Хамовниках, с которой все начиналось. И атмосферную крышу на «Маяковской», абсолютно безопасную, комфортную и оборудованную. И хотя у меня все началось с «диких» крыш, в агентстве наш главный приоритет — безопасность.

Мы всегда позиционировали себя как агентство про культуру и отдых на высоте, которое будит в людях познавательный интерес и желание творить. История, искусство, знаковая архитектура города — мы все соединили.

Одна из моих любимых историй, как сын Чарли Чаплина Юджин анонсировал наш киноконцерт «Золотая лихорадка», в котором мой друг Арсений Трофим отвечал за музыку. За неделю до мероприятия мы узнали, что сын Чаплина по приглашению фонда Спивакова будет проездом в Москве. Я договорилась с ним об интервью, и он сделал подводку к нашей «Золотой лихорадке», приглашая посмотреть фильм в нашей интерпретации в красивом историческом зале одного из первых советских небоскребов, гостинице «Хилтон Ленинградская».

Сейчас мы запускаем новый формат – иммерсивное шоу, построенное на парадоксальных связях, которые нужно уметь видеть, создавать и оперировать ими, чтобы творить реальность. В нем участвуют артисты балета и московских театров, а зритель будет главным действующим лицом.

Заметка автора

Хорошо, когда городская жизнь не сводится к работе и дому и в ней находится место искусству и ярким впечатлениям. Такие события надолго остаются в памяти и делают город теплее. Наблюдая за городской жизнью, всё чаще убеждаюсь, что именно такие темы людям ближе всего.

— Дмитрий Суходольский

SukhodolskiyPRO — светские новости, афиша и звёздная хроника